«То, что они говорят, ужасно!» — подумал Лиан, охваченный мукой, словно в его сердце вонзились иголки. Юноша задыхался, ему не хватало воздуха. Все поплыло перед глазами, и он ощутил слабость.

У Иггура задергалась щека, и одну сторону лица свело судорогой. Вспомнив, что когда-то Иггур был охвачен безумием, Лиан засомневался: уж не помрачился ли его рассудок снова?

Тем временем Иггур схватил Малиену за руку и спросил у нее:

— Кто у тебя лучший лучник?

— Баситор сильнее всех натягивает тетиву. Но на такое расстояние точнее всех стреляет Ксара. Ксара!

По приказу девушка выступила вперед. Для аркимки у нее был маленький рост — она была чуть выше Караны. Волосы горчичного цвета, лицо усыпано веснушками. Она выглядела намного моложе остальных.

— Ты лучшая среди своих? — спросил Иггур, и кулаки его сжались, а костяшки пальцев побелели.

Глядя себе под ноги, на снег, Ксара дотронулась до браслета на своем запястье. Она знала, что у нее попросят. Потом взгляд ее обратился к машине Рулька: она прикидывала расстояние. Сейчас была видна лишь голова Караны.

— Пожалуй что так, — ответила Ксара. — Отсюда я могу поразить любую цель на Каркароне.

— И на машине?

— Труднее, но я сумею.

Иггур проследил за ее взглядом. У него снова свело судорогой лицо, и он безуспешно пытался справиться с этим.

— Тогда пусти стрелу в глаз Каране, ради Бога! Ради нее и ради нас.

Ксара не шевельнулась.

— Сделай это немедленно! — закричал он, и в уголках его рта показалась пена. У Иггура был такой вид, словно он только что проиграл в грандиозной битве самому себе. Сейчас он пошел бы на все, лишь бы не попасть во власть Рулька вновь.

Ксара задрожала. Она взглянула на Малиену, и ее черные глаза, в которых отражались красные отсветы, были лишены всякого выражения.

Малиена протянула к ней руку:

— Остановись, Ксара!

Мендарк с задумчивым видом произнес: