— Мечта любой разведки, — прокомментировал Андрей.

— А як же! — усмехнулся Штолев. — Но вот физический режим пробоя еще интересней — можешь шагать куда угодно в радиусе полутора миллионов километров.

— В космос?! Так вот как вы на Луну попадаете!

— Именно. Только здесь обязательно надо учитывать несколько моментов. Во-первых, давление. Редко где на нашей планете есть места с абсолютно одинаковым состоянием атмосферы. Плюс, во всех наших базах давление поддерживается чуть ниже стандартного. Присутствует некоторое сопротивление при выходе наружу в виде достаточно сильного ветра в лицо и при возвращении наоборот — тебя просто подталкивает в спину. Прыгнуть через портал прямо в космос тебе не даст автоматика. Бака-ёкэ

— Это тот высокий парнишка? — перебил Штолева Андрей. Что такое "защита от дурака", он знал.

— Да, Кононов-младший. Очень головастый парень, несмотря на молодость. Вообще-то это братья во главе с Виктором Гольдштейном и пробили эту дырку в Римановой геометрии.

— Я в курсе. Мне Александр Юрьевич вчера достаточно подробно вашу историю рассказал. Вот только о самой теории порталов ничего не упомянул. Все больше на причины невозможности обнародования открытия налегал, — подпустил шпильку Андрей.

— Ты с ними не согласен?

— Ну, если бы не согласился, вряд ли ты мне сейчас все это показывал, — ухмыльнулся майор ФСБ, махнув рукой на портальный терминал.

— То-то же, — удовлетворенно кивнул Штолев. — А теория… Всей полнотой теоретической и технической информации о портальных технологиях обладают только четыре человека — соответственно супруги Гольдштейны и братья Кононовы. В конце концов, даже Саша Сахно, как он мне однажды признался, не знает теорию пробоя настолько, чтобы повторить технологию. Не считает нужным. Тот самый случай, когда чем меньше знаешь — крепче спишь. Я сам пользуюсь порталами, как обычной бытовой техникой, ничуть не задумываясь о физических процессах, происходящих при пробое пространства или, как иногда говорит наш Виктор — метрики.