На душе у бывшего разведчика стало еще гаже. Вспомнился последний разговор с Ивзом. После комиссии тот сразу подошел к Ульсу и отвел его в сторону.

— Я должен тебе кое в чем признаться, — начал командир. — Видишь ли, это я попросил врача отнестись к тебе с особым вниманием.

— Спасибо, я знаю.

— Тем лучше. Ты хочешь знать, почему я так поступил?

Улье не ответил.

— Я не ожидал, что дело примет такой оборот. Командир сделал паузу. Улье молчал.

— Претензий служебного свойства я к тебе не имел и иметь не мог. Формально ты чист передо мной и перед уставом. Однако есть в тебе нечто такое, что давно меня настораживало. Я поделился своими сомнениями с врачом. И вот что вышло.

— Я не согласен с диагнозом, — процедил Улье.

— Диагноз — еще полбеды. Врач ведь не знает тебя так хорошо, как я.

Повисло тяжелое молчание.

— Давай выкладывай, — не выдержал Улье.

— Во-первых, у тебя полностью отсутствует чувство страха. Ты постоянно прешь на рожон. Когда от этого зависит твоя жизнь, это плохо. Но когда жизнь других, кто тебя страхует или работает в паре с тобой, — это уже хуже некуда.

— Когда это и кого я подставлял вместо себя?! Ивз! Что ты говоришь?

— Ну вот, ты даже не понял, о чем речь.

— Нет, почему же, я прекрасно понял. Но кто меня учил никогда и ничего не бояться? Разве не ты?

— Трусить и испытывать страх — разные вещи. Трусость парализует. А страх помогает оценить опасность. Извини, что приходится тебе втолковывать азбучные вещи.

— Так. И, по-твоему, из-за этого я не, гожусь для разведки?

Улье начинал медленно закипать. Скажи ему такое иеловек, ничего не смыслящий в их профессии, он тиxo посмеялся бы. Но Ивз…