— Они хотели сотворить из нас киборгов, — сказал Саб-Зиро. — О Лин-Куэй говорят, будто у нас вырваны сердца — похоже, Мастер решил осуществить легенду на практике.

Реакция Смоука осталась неизвестной. Маска скрывала лицо. Он только ударил кулаком в исполинский бук, отчего в дереве заструилась вмятинка с густым соком.

— Что ж. Тогда мы ушли вовремя, — Смоук сделал несколько шагов, обогнал союзника. — Хм, что ты покинешь Клан — я не сомневался, но насчет себя… впрочем, я не жалею.

— Дело Чести?

— Что?

— Ты последовал бы за мной вне зависимости от угрозы кибернетизации?

Смоук открыл рот, и ему почудилось, что Саб-Зиро воспринимает его замешательство так же ясно, как лиственный шелест. Эмоции имеют форму — поэтому их необходимо таить.

(последовал бы?)

— Да, — хрипловато проговорил он. — Да.

Саб-Зиро исподлобья взглянул на союзника. Или друга. Сомнение — подобно шершавым выростам на коре. Но не верить он не мог. Каждый должен верить — хоть во что-нибудь.

— Здесь недалеко деревня, — сказал Смоук после того, как полчаса они шли, не произнося ни слова. Смоук, как Посвященный Стихии Воздуха особо чутко улавливал любые атмосферные колебания, в том числе ауру жилья.

— Пойдем туда, — ответил Саб-Зиро. — Нам нужно как можно скорее покинуть территорию Лин-Куэй, нас, вероятно, уже хватились. А ты там не единственный следопыт.

Оба подумали о Гончей. Гончая, невзрачная тридцатилетняя женщина, похожая на иссохший ломтик серой коры, была Мастером Поиска. Ее Стихию сложно определить, и одежда ее, изкоричнево-зеленая, символизировала лишь умение находить и искать.

Идеально.

В Лин-Куэй не держали не-сверхлюдей.

— Надеешься затеряться среди других? — фыркнул Смоук. — Гончую так не проведешь… впрочем, мне нравится твоя идея. Где люди, там должны быть и машины.