— Снабби! — раздался сердитый голос. — Я же велела тебе привязать Чудика! Мальчик кубарем скатился по лестнице.

— Но, тетя Сьюзен, я же привязал его! Он что, опять отвязался? Ой, неужели это все он натворил?!

Черный спаниель Чудик сидел среди кучи разорванных газет, свесив набок розовый язык, отчего создавалось впечатление, будто пес улыбается.

— Это была свежая утренняя газета. Твой дядя ее еще не читал, — с упреком сказала тетя Сьюзен. — Снабби, надеюсь, ты понимаешь, как нам сегодня некогда, мы еще столько должны сделать до отъезда, и я не могу допустить, чтобы Чудик метался по дому, переворачивая все вверх дном.

— Мама, я могу закрыть Чудика в своей комнате, — предложила прибежавшая на шум Диана. — Запру дверь, ключ положу в карман, и тогда с Чудиком все будет в полном порядке.

— Боюсь, что в этом случае все остальное в твоей комнате будет в полном беспорядке, — покачала головой миссис Линтон. — Делай с ним что хочешь, только пусть он мне под ноги не попадается, а то мы с папой никогда не соберемся.

Супруги Линтоны собирались на несколько недель в Америку, а трое детей — Диана, Роджер и их двоюродный брат Снабби со своим спаниелем Чудиком — должны были поехать с мисс Перчинг, старой гувернанткой миссис Линтон, на море. Детей часто оставляли на ее попечение, когда родителям нужно было куда-нибудь уехать.

Снабби прибыл к Линтонам накануне, проведя первую неделю каникул в семье другой своей тети. Родителей у мальчика не было, и в каникулы он жил у разных родственников. Но больше всего ему нравилось гостить у Линтонов. Он очень любил свою тетю Сьюзен и с боязливым уважением относился к дяде Ричарду. Однако мистер Ричард особой привязанности к нему не испытывал, воспринимая Снабби как неизбежное зло. «Бьюсь об заклад, в мире нет второго такого надоеды и озорника», — неизменно говорил он.