В полном недоумении Мотя обернулся к товарищу и обнаружил, что тот тоже нацепил «ночные очки», но смотрит не в сторону пограничья Зоны, а вслед бредущим мутантам.

– Ты что-нибудь понимаешь? – хрипло спросил напарник, почувствовав Мотин взгляд.

– Я… ну, как бы… нет, – признался Мотя. – Но вообще-то… Выброс скоро. Это ж теперь, как по часам, раз в неделю. Может, в этом дело, спешат по норам.

– Тогда брели бы к периферии, – Фил покачал головой. – Эти к Старым Шепеличам тянутся, а возможно, к Кошаровке или прямиком в Припять.

– Может, это Зов? – выдвинул новую версию напарник. – Помнишь, на базе говорили? Не помню, кто… кажется, Рябой. Ну, что новая аномалия появилась. Зов. Кто зовет и зачем – неизвестно, но волю теряют даже контроллеры и шагают на этот чертов зов, как те крысы на дудочку.

– Это самого Рябого придумка, – негромко возразил Фил, наконец обернувшись к Моте. – А Пал Палыч сказал, что этот Зов особо мощный контроллер издает. Проник в Припять, засел там в «Энергетике» и трубит «общий сбор». А Зона этот зов усиливает. Или, возможно, контроллеры научились «хором» сознание нам туманить и…

Фил запнулся, оборвав фразу, и снова уставился в темноту.

– Нам? – Мотя отрицательно покачал головой. – Зов не только на людей действует. Вон, гляди, даже крысы с волками на него потянулись. Я думаю, это зов Монолита.

– Сектантские бредни, – пробормотал Фил, приседая и нащупывая свой рюкзак. – Эти «монолитовцы» все на свете готовы на свой кирпич списать. Любой феномен в любой точке земного шара.