И оно в данный момент намеревалось сделать закуску из Люка Скайуокера.

Прижавшись к решетке и совершенно забыв про зловоние, Мара смотрела, как Скайуокер вскочил на ноги и выскочил из маленького закутка, пробежав у существа между ногами по направлению к туннелевидному помещению ямы, которое она не могла видеть со своего места. Это было великолепно. Существу потребуется немного времени, чтобы разобраться со Скайуокером на виду у дюжин свидетелей, улюлюканье которых она могла слышать, без единого следа, который Бейдер может связать с Императором. И если по-каким-то причинам твари потребуется помощь,: тогда она была здесь, чтобы оказать ее.

Существо развернулось и с глухим топотом устремилось в погоню. Сам Скайуокер был вна поля видимости, но, судя по шумам, доносящим-ся оттуда, она могла догадаться, что прихлебалы Джаббы перекрыли ему выход. Скоро все долж-но кончиться.

И затем, без предупреждения, что-то небольшое просвистело в воздухе как раз на краю види-мого ей пространства, ударившись в конт-рольную панель, встроенную в каменную стену/ Брызнули искры, скрежетнул механизм замка…

И тяжелая дверь с зубчатым низом грохнулась откуда-то с потолка, попав прямо по мас-сивной спине существа, придавливая его к полу. Ранкор издал жалобный последний стон и замер. Мара уставилась на тушу, не веря своим глазам. Скайуокер убил его. Один, безоружный, он на самом деле убил его.

И, судя по тону разносящихся в оцепенелой тишине слов на хаттском, Джабба не испытывал абсолютно никакой радости.

Мара глубоко вдохнула зловонный воздух. Хорошо. Ладно. Существо не убило Скайуокера, зато теперь Джабба убьет. И, скорее всего, ужасной смертью, если даже хотя бы половина историй про хатта были правдой. По заслугам. Он должен быть как чрезвычайно туп, так и чрезвычайно самоуверен, чтобы вот так одному и безоружному прийти сюда…