– А мне откуда знать? – буркнула Мара, изучая пометки. – Зато тут стоит официальная печать губернатора Эгрона, плюс она помечена вторым уровнем секретности.

Его глаза выпучились.

– Печать губернатора?

– Точно. – Мара протянула ему карточку и поднялась. – Тебе подбросили важный правительственный секрет.

Она подошла к компьютеру и включила его.

– Но это какое-то безумие, – донёсся протестующий вопль парнишки откуда-то сзади. – Какого… в смысле, почему? Почему я?

– В подобных случаях ответ всегда один, – проронила Мара, запрашивая связь с ГолоСетью. Она вряд ли могла этим хоть что-то добиться, но надо же было с чего-то начинать поиски их предполагаемого шантажиста. – У тебя есть что-то, что им нужно.

– Ещё большее безумие, – настойчиво повторил он. – У меня ничего нет. Ни семьи, ни денег. Ни друзей.

Мара почувствовала, как её губы начинает сводить судорогой. Всё, как у неё.

– А как насчёт твоих навыков или умений? – предположила она. Связь с ГолоСетью наладилась, и она приступил к вводу кодов доступа.

– Умения, которые могут быть кому-то полезны? Бред.

– Что это? – полюбопытствовал он, поднявшись со стула и подходя к ней.

– Я надеялась подключиться к дворцовому компьютеру и засечь местоположение советника Рэйнза, – сообщила ему Мара, пробуя другой шифр. Как и предыдущий, он результата не дал. – Мне известны некоторые шифры высшего уровня, но, похоже, люди губернатора влезли в систему и всё сменили.

– О, – произнёс парнишка. – Можно я попробую?

Нахмурившись, Мара бросила на него настороженный взгляд. Но похоже, парень был вполне серьёзен в своих намерениях.

– Что, тебе известны имперские коды доступа? – саркастически осведомилась она.

– Ну… нет, – признался он. – Но я неплохо лажу с компьютерами.

Мара замешкалась. Бессмысленная трата времени; но, с другой стороны, других здравых идей у неё всё равно не рождалось. Хуже им и так уже не станет.

– Ладно, давай. – Она уступила место. В животе урчало, напоминая о том, что во рту у неё не было ни крошки со времён ланча, так что она подошла к столу, на котором лежали плитки практически опустошённого малышом походного рациона. Может, еда хоть поспособствует мыслительному процессу? Она выбрала наугад одну из плиток и принялась разворачивать обёртку.