В сфере диаметром тридцать метров всё и вся мгновенно замёрзло. Живое умерло, неживое стало ещё более неживым. Активированную аномалию не остановили ни стены, ни земля. Единственное, что могло противостоять активации, — это поле, генерируемое установкой ИНМЭД. Той самой, что недавно была вновь собрана, реанимирована после десятилетий забвения в старом бункере. Но импульсный ноосфер-ный модификатор электродинамический, расположенный не где-нибудь, а уровнем ниже сектора обеспечения, бездействовал. По стандартной процедуре он был выключен для охлаждения за час до окончания рабочего дня. Поэтому абсолютно ничего не сумел противопоставить вселенскому холоду, который уничтожил его. Охладил окончательно и бесповоротно.

В одну секунду человечество утратило прототип оружия, которое при определённом стечении обстоятельств давало хотя бы призрачный шанс.

Шанс на то, что людям удастся одержать победу в войне против Зоны…

В буквальном смысле оказываться в нужном месте и в нужном времени он умел «по своему хотению, по своему велению». Но желание менять внешние и внутренние параметры собственного организма не входило в число истинных. Потому оно и не исполнилось. Всегда и везде он с виду оставался самим собой.

Скитаясь по Зоне в разных точках времени и пространства, он вынужденно брал различные псевдонимы. Тем не менее невольно породил несколько легенд О странных сталкерах, уж очень напоминавших друг дружку. Мысленно же сам себя он звал Штрих. Память подкинула ассоциацию, с коротким словом, когда-то прочитанным на бутылочках с вязкой краской, которой можно было замазать буковки опечаток и целые строки. Чёрное — белым. Интересно, выпускался ли хоть когда-нибудь аналогичный продукт чёрного цвета для вымарывания белого шрифта?

Самое первое зонное имя, по традиции данное неопытному первоходку другим сталкером, использовать не стоило. Потому Штрих закопал его в придонных глубинах памяти и берёг как сугубую драгоценность. Как символ бередящих душу воспоминаний о том, что было, было, но прошло. Это имя не позволило ему совсем забыть, что главным словом является «было», а не «прошло». Хотя после всех событий в это верилось с неимоверным трудом.