— Хоррррль! Воррррль! Тхоррррль! — рычал шторм-адмирал.

В этот миг один из крейсеров саакасов вздрогнул и двинулся влево, ломая строй. Тактического смысла в этом не было никакого. Хагел прищурился. Неисправность? Ошибка пилота? В такой момент?

На спине шторм-адмирала встала дыбом редкая синеватая щетина. Он сбавил тон:

— Мы-лен… Мы-я… Нет атака! Есть Посланник. Не здесь!

От волнения он растерял все свое знание террана.

— Приказ? — полувопросительно бросил Хагел.

— Отмените атаку, — Руднев, как обычно, улыбался. — Временно.

Шторм-адмирал забулькал, зарычал. Поза была явно угрожающей. Хагел не смог вспомнить ее название, но ладони повлажнели. Тритон все еще ждал боя. А восемнадцать крейсеров и линкор раскатают землян в тонкий блин меньше чем за тысячу секунд…

— Мы не терпим лжи. Вы это знаете, — холодно произнес Руднев. — На вашем корабле должен быть Посланник Мелководья Саака. Его нет. Где он?

Саакас умолк. Вторая пара лап разошлась в стороны, образуя позу Вода-и-честь. Он коротко рявкнул. Посол покачал головой:

— Я жду Достойного Лхарраль-Марра. Остальные мне без надобности.

Еще порция рычания с экрана. Руднев скривился, но согласно кивнул:

— Хорошо, мы ждем еще четыреста секунд.

Не успел он договорить, как пространство за кораблями Саака дрогнуло. На мгновение экраны ослепило бледно-фиолетовой вспышкой. Из клубка ярко-синих светящихся нитей медленно выполз длинный черный силуэт.

Корабль Посланника.

• • •

Лазурная не могла похвастаться большой семьей.

Две молодые и шустрые дочки-планеты, солидный сын — газовый гигант, неторопливо плывущий вокруг матери, и непоседливый малыш — пояс астероидов, беззаботно раскатавший по эклиптике свои игрушки: астероиды, ледяные глыбы и прочую мелочь.

Лазурная была совсем молода по меркам звезд, куда моложе Солнца.