— Знакомьтесь! — Голос Ольги Борисовны звенел от волнения. — Наконец наши мечты сбылись. К нам пришел прочитать спецкурс известный поэт и прозаик Владимир Дионисович Гриппов.

Класс, с интересом разглядывая экзотического Владимира Дионисовича, поднялся в приветствии.

— Ах, что вы, что вы! — замахал обеими руками Гриппов. — К чему такие формальности!

— Это не формальности! — с пылом воскликнула Ольга Борисовна. — А проявление заслуженного уважения.

— Все равно садитесь! — махнул рукой Владимир Дионисович.

Класс послушно опустился за парты.

— Уже лучше, — заявил Гриппов.

— Вы тоже садитесь, — Ольга Борисовна указала ему на место за учительским столом.

Гриппов плюхнулся на стул. Ольга Борисовна продолжала стоять.

— А вы? — посмотрел на неё Владимир Дионисович.

— Я с ребятами. — И классная руководительница устроилась на одном из свободных стульев.

Гриппов обвел марсианским взглядом кабинет литературы. Поклонница передовых методов, Ольга Борисовна и класс свой обставила не совсем обычно. Парты тут располагались не рядами, а подковою огибали учительский стол. На стенах висели портреты писателей-классиков в массивных золоченых рамах. Под каждым из них красовалось какое-нибудь изречение великого автора.

Гриппов обвел взглядом портреты. Лицо его приняло кислое выражение.

— Скучно живете, — отчетливо произнес он.

— Почему, Владимир Дионисович? — Его замечание явно расстроило Ольгу Борисовну.

— Потому что закоснели в традициях, — убежденно продолжал известный поэт и прозаик. — Пу-ушкин, Ле-ермонтов, Ломоно-осов, — таким тоном протянул он, будто его кормили чем-то очень невкусным. — Старо. Свежего ветра вам не хватает.