«Если это у Медведя лучший пилот, – подумал Дирк, – то мне, кажется, здорово повезло. Попал, называется. Впрочем, понятно – все толковые парни торчат в полках и ягдгруппах

– Будем возвращаться, – решил Больт. – Нам и так нечасто удается поймать «летучую мышь», обычно они уходят на Мальту еще до рассвета, а летать по ночам Торн не разрешает – ни у кого нет ночной подготовки. Все «ночники» остались дома…

«Мне безразлично, когда летать, – усмехнулся про себя Винкельхок. – Что днем, что ночью. И безразлично на чем – на истребителе, на бомбере… какая разница? Пыхтящий гроб, еле-еле разгоняющийся до шестисот с чем-то в час, да еще и грозящий развалиться в воздухе от малейшей перегрузки. Даже странно, что ни одна из этих тарахтелок до сих пор не рассыпалась от моих маневров».

Полк уже не спал. Наземные экипажи спешно готовили машины к боевому вылету – приземлившись, Дирк нашел Торна возле его самолета. Медведь пыхтел, страшно ругался и при помощи двоих ефрейторов в замасленных робах пытался влезть в сложную сбрую парашютных ремней. Благодаря надетому сосисочному жилету он казался невероятно толстым: становилось страшно за целостность тесной и хлипкой кабины «Мессершмитта». Медведь вполне мог разломать ее своим героическим брюхом.

– А, – сказал он, прекратив поливать парашют и ефрейторов матом, – это вы… как успехи?

– Дружище Гюнтер уделал «Веллингтон», – невозмутимо сообщил Дирк. – Вот и он, кстати.

– Какого дьявола ты летаешь без парашюта? – зашипел Больт, подходя к крылу командирского истребителя. – Я там, в темноте, и не заметил… а тут, смотрю – выскакивает из кокпита чуть ли не голый!.. Спятил?

– Он всегда так, – проворчал Торн, – у него личное дело от взысканий пухнет – того и гляди разорвется к черту. А вы, герр гауптман, – докладывать не желаете?

– Герр оберст-лейтенант! – поспешно затараторил Больт, вытягиваясь в струнку. – В процессе ознакомительного полета нами был обнаружен и сбит английский разведывательный самолет марки «Веллингтон»…