Через открытые задние двери было видно сверкнувшую молнию.

— Поднимайтесь на склон! — прокричал Сатис. — Нам нужно занять более высокую позицию! Быстрее!

Он понял, что случилось со Стальными Кувалдами Селевкии. Огромная орда ксеносов затопила ущелье, задавив их численностью и, возможно, перебив всех. Танки Локатана, скорее всего, постигла та же участь. Если кто-то и спасся, то ушел в противоположном направлении, туда, откуда появился конвой и двигался сейчас к открытым полям. «Это была бы здравая мысль», — подумал Сатис, но выбора у него уже не оставалось.

«Химера» развернулась и выдвинула зубчатые колеса, начав подъем на склон. В воздухе продолжали открываться черные ямы.

— Оружие к бою! — прокричал Эокас, и все гвардейцы, кто был еще на это способен, заставили себя подняться и занять позиции, с которых они могли бы обстреливать пространство позади «Химеры».

— Лазган мне! — крикнул Сатис, и кто-то протянул ему винтовку марки «Триплекс», ствол которой еще не успел остыть после стрельбы.

Полковник вновь ощутил себя рекрутом, впервые взявшим в руки тяжелое и жутковатое оружие. Сатис прошел стандартные базовые тренировки, и всегда в самой глубине его сознания коренилась уверенность, что рано или поздно все будет зависеть от того, умеет ли он стрелять и сражаться столь же хорошо, как и любой боец под его началом.

Это было верно. Это было естественно. Человек должен биться за Империум и собственную жизнь. Только так можно победить мерзость вроде той, что поджидала их на Энтимионе IV. Сатис отбросил сомнения. Он был гражданином, который поклялся при любых обстоятельствах сражаться в войнах во имя Императора и встретить свой конец без сожалений, но только с благодарностью, что ему представился шанс прожить хоть сколько-нибудь осмысленную жизнь в этой холодной Галактике.