– Коммодор! – крикнул офицер, сидевший за коммуникатором. – Диспетчерская Сцинатры дает «добро»!

– Понял вас. – Ллеши ленивым взглядом окинул приборы своего пульта. Вращение корабля было остановлено, орудия заряжены и приведены в боевое состояние, ракеты уложены в шахты и изготовлены к пуску. Все было готово к небольшой прогулке на территорию врага. – СТО?

– Мы готовы, коммодор, – доложил из-за своего пульта Старший тактический офицер Кэмпбелл. – Варианты «альфа» и «бета». Члены экипажа заняли места по боевому расписанию.

Ллеши краешком глаза заметил, как Телтхорст высунул голову из-за наблюдательного пульта у противоположного конца мостика.

– «Бета»? – с подозрением в голосе осведомился он. – Что такое «бета»?

– Вариант с имитацией боевых действий, – объяснил Ллеши. – Когда штурмовые корабли выводятся в точку старта, но там и остаются, и все такое прочее. Мы ведь действительно собираемся оккупировать системы Эмпиреи. – Он посмотрел на Адъютора, отметив напряженное выражение его лица. – Вам предоставляется последняя возможность покинуть корабль, – добавил он.

Телтхорст выдержал его взгляд, не моргнув.

– А вам, коммодор, предоставляется последняя возможность не подвергать корабль риску, – парировал он.

Ллеши повернулся к своему пульту, подавляя вспышку гнева, которому человек его профессии не имеет права поддаваться. Последние минуты перед началом операции – не лучшее время для возобновления старого спора. По причинам, отлично известным Телтхорсту, в этом деле не обойтись без «Комитаджи».

– Штурвальный, перемещайте корабль в точку старта.

– Слушаюсь, сэр.

Визуальное отображение фокальной точки гиперпространственного ускорителя Сцинатры располагалось на штурвальном дисплее прямо по курсу «Комитаджи» – висящий в пустоте расплывчатый красный эллипсоид, три оси которого ритмически сжимались и удлинялись, словно перетекая друг в друга. На заре космических путешествий при помощи ускорителя – Ллеши неизменно вспоминал об этом перед каждым стартом – отдельные части корабля, не уместившегося целиком в фокальной области, были бы разбросаны на расстоянии нескольких световых лет. До тех пор, пока не изобрели парапроводящий металл, создание судна таких размеров, как «Комитаджи», было невозможно.