— Возьми, умойся, на сегодня достаточно. Для новичка, пожалуй, ты работал неплохо. Если будешь продолжать так и дальше, я, возможно, даже не стану жалеть, что взял тебя к себе в подмастерья.

Ардиан ухмыльнулся. Слышать такое от вечно недовольного Дауда было приятно.

— Что касается зайиба, — задумчиво проговорил Дауд, — то я видел его всего лишь пару раз — к счастью для себя. Это паук, или, правильнее сказать, паучок. Он размером с ноготь мизинца — твоего, не моего. А на спине у него два маленьких белых пятнышка — как будто слепые глазки. Бедуины говорят, что это глаза самой смерти…

— А почему «невидимая»? — не выдержал Ардиан.

— Говорят, что когда-то давным-давно среди племен пустыни бытовало поверье, что человек, заснувший в песках и не оградивший себя от ночных демонов, умирает страшной смертью. Его лицо чернеет, а руки распухают, как у больного слоновой болезнью. Именно так выглядит тот, кого кусает зайиб.

— А как можно оградить себя от ночных демонов?

— Зайиб не любит воды. Он живет только в очень сухих местах, поэтому, чтобы защититься от него, достаточно окружить место ночлега мокрой веревкой.

Дауд посмотрел на Ардиана и вдруг фыркнул:

— По этой же причине зайиб никогда не кусает тех, кто мочится в свою постель.

— Спасибо, вы меня успокоили, — улыбнулся Хачкай. — А где вы его видели, эфенди?

— Один раз прямо здесь, — старик ткнул пальцем куда-то в угол. — С тех пор, кстати, Рауль всегда наливает отработанную воду в канаву, которой окружены мастерские. А второй раз… второй раз я увидел зайиба в высохшем колодце. Знаешь, где это?

Ардиан покачал головой.

— На южной окраине лагеря, у руин старого французского форта. Год назад туда свалился любимый пес Толстого Фреда и босс велел троим доходягам лезть за ним. Пса они вытащили, но уже дохлого — язык у него почернел и распух, а глаза вылезли из орбит. Толстый Фред страшно разозлился, видно, подумал, что доходяги потихоньку придушили пса в колодце, хотя зачем им было это делать, совершенно неясно. У пса и без того шансов было немного — после падения с высоты двадцати футов…