— Куда это вы так торопитесь? — усмехнулась женщина в черном.

— Нам пора, — быстро ответила Катя.

— Не спешите, — жестом остановила хозяйка девочек. Те уже медленно пятились к выходу. — А если страшно немного было, то уж извините. Это все ерунда. Так, для доверия.

Женщина небрежно махнула рукой и в который раз ухмыльнулась.

— Только не надо бояться. Я добрая колдунья.

Девочки украдкой переглянулись. Особенной доброты в толстой женщине никто из троих не почувствовал. Впрочем, и страха уже почти не было. Теперь он сменился недоумением. Они никак не могли понять, что с ними произошло.

— Удивлены? — похоже, читала их мысли толстая женщина. — Я просто вам показала своего духа.

— Это тот зеленый, что ли? — выпалила Маша Школьникова.

— Он разного цвета бывает, — уклончиво отвечала женщина. — Это наш семейный дух. Еще прапрабабушке моей служил.

— Он что же, у вас по наследству переходит? — последовал новый вопрос Школьниковой.

— Молчи, дура, — прошипела ей в самое ухо Катя. — И так из-за тебя…

Договаривать она не стала. Все было ясно: если бы Машка вела себя хоть немного тактичней, им не пришлось бы испытывать такой страх. Хорошо еще, что госпожа Гликерия оказалась не злой колдуньей. Иначе бы эта зеленая голова неизвестно что с ними сделала.

— Ну, а теперь садитесь, — бодро произнесла женщина. — Попробую вам помочь…

Все началось вчера днем во время уроков. На большой перемене к Кате и Тане подошла Маша Школьникова, или, как часто ее именовали между собой одноклассники, Моя Длина. Прозвище это прочно прилипло к ней, пухлой блондинке, два года назад, когда однажды она явилась в ярко-красной юбке из какой-то очень блестящей синтетики. Впрочем, юбкой это можно было назвать лишь символически. Класс изумленно охнул. Нижняя часть Маши Школьниковой особым изяществом не отличалась.

— Ну, ты, Машка, даешь, — вырвалось тогда у непосредственного Лешки Пашкова. — Все прямо наружу!