Оби-Ван ухватился покрепче за скобу, задержал дыхание, и, потянувшись Силой, повернул тумблер. Магнитное поле опустилось, и сквозь портал вырвался плотный поток воздуха. Пару бартокков и кое-что из инструментов выбросило из трюма в открытый космос. Едва они оказались за пределами корабля, Оби-Ван использовал Силу, чтобы вернуть тумблер в исходное положение. Магнитное поле немедленно поднялось, и давление воздуха в трюме выровнялось. Кеноби поспешил обследовать прототип двигателя, который по-прежнему оставался закрепленным на рабочем столе. К счастью, тот оказался не поврежден. С другого конца трюма, со стороны воздушного шлюза правого борта, донесся отчаянный стук. Его круглая камера была вмонтирована в толстую пластоидную стену. Воздушные шлюзы использовались для того, чтобы помочь звездолетчикам реакклиматизироваться к различным условиям среды, но в плохих руках герметизирующаяся камера могла стать смертельным оружием. Оби-Ван помчался к шлюзу. Он вгляделся сквозь пузырчатый транспаристиловый иллюминатор в искаженное внутреннее пространство камеры. Кеноби увидел талза, причудливо увеличенного выпуклым окном. Покрытый мехом инородец оказался еще выше, чем он предполагал. Юное создание задыхалось и колотило по стенам своими меховыми кулаками.

В левой части шлюза мигал индикатор, означающий, что запечатанная камера герметизируется. Оби-Ван знал, что должен немедленно что-то предпринять, иначе талз умрет. Однако он вынужден был отказаться от использования оружия для открытия шлюза – внезапная смена давления могла ненароком убить ребенка. На контрольной панели камеры располагалось десять кнопок. Назначение каждой из них было Оби-Вану незнакомо, но он понимал, что это лучший способ отпереть шлюз. Хотя он никогда и никому бы в этом не признался, он мечтал сейчас обладать техническим опытом Тринкатты.