Причем в последнем случае пенсионное обеспечение так же возмещалось в полном объеме. Инжи по званию полагалось место поприличнее: должность военного коменданта в каком-нибудь небольшом городке. Ознакомившись со списком предложенных вакансий и тщательно взвесив достоинства и недостатки каждого места, он вполне осознанно остановил свой выбор на Маркине. К явным плюсам относилось то, что Лупаго сам вырос недалеко отсюда и иногда в годы службы вспоминал родню, ностальгируя по малой родине. Местность ему тоже понравилась: утопающая в зелени долина, а вдалеке возвышаются могучие пики гор — красиво. И, наконец, главное достоинство — это близкая граница. Конечно же, войны Инжи совсем не желал, просто где-нибудь в центре страны все его хлопоты сводились бы к шефству над весьма скромным гарнизоном из зеленых юнцов. Увы, но заботы военного коменданта в мирное время невелики. Здесь же, в небольших приграничных городках нет мэра, так что Лупаго надеялся, что хотя бы административные обязанности главы округа не дадут ему захандрить. Были, конечно, сомнения, что не хватит знаний или умений на этом поприще. Но, как говорится, не попробуешь, не узнаешь. Зато, чего уж греха таить, жалованье благодаря такому совмещению и большому числу солдат полагалось совсем другое. Хотя, правду сказать, исходя из своего опыта, Инжи считал такой контингент в этом месте чрезмерным. Здесь никогда не велись серьезные боевые действия — мощный горный хребет и непроходимые глубокие ущелья делали массовые столкновения крайне затруднительными. Основная война вылилась в борьбу с диверсионными группами оробосцев, вносившими смуту и пытавшимися разрушить рудник. Случалось такое и сейчас — воинственные соседи все никак не хотели успокоиться. Ну и контрабандисты порой протаптывали свои тропки в обе стороны, куда уж без них. Но возмущаться, разумеется, таким положением дел он даже и не думал. Будучи настоящим военным, Инжи просто принял исходные положения должности как данность.

Из глубокой задумчивости коменданта вывел резкий стук в дверь. Привычно погладив рукоятку именного офицерского кинжала, висящего на поясе и, несмотря на свой декоративный вид, являющегося в умелых руках очень опасным оружием, Инжи крикнул: