Вытащив пиликающую трубку, он выслушал собеседника, кивнул, повернулся к Маркову:

– Отводи своих орлов. Ближе сотни метров к зданию никому не приближаться до моего приказа.

– Но...

– Спорить некогда. Через десять минут на крышу будут сброшены мои десантники. Если всё пройдёт по плану, через пятнадцать минут будешь сверлить себе дырку под орден.

– А если не по плану? – не удержался полковник.

Клещ пожал плечами:

– На этот случай дырка у тебя уже есть.

Городской свет создавал воспитанницам ощутимые проблемы. Электроника прибора усиливала его немилосердно: фонари, оконные проёмы, огни фар и рекламы полыхали языками зеленоватого пламени. Впрочем, нужная крыша была затемнена, сложностей там не будет. Оценив траекторию, Лина вывернула влево, дабы не угодить на самый край. Остальные девушки поспешно совершали схожие маневры, готовясь к приземлению. Ночь была безветренная, что существенно облегчало боевую задачу.

Лина отчётливо различила тёмную фигуру на углу крыши. Человек резко вскочил, запрокидывая голову. Как бы тихо ни приближались парашютистки, что-то он почуял и теперь пытался рассмотреть тёмные прямоугольники на фоне ночного неба. Девушка не расслышала выстрелов – пистолеты-пулемёты были снабжены отличными глушителями, а Вика находилась от неё далековато. Просто человек дёрнулся, неловко развернулся, упал мешком.

Подошвы ботинок ударили о пластик модерновой крыши. Просеменив несколько шагов, Лина поспешно погасила купол, освободилась от парашюта. Где-то за лифтовой шахтой трещоткой несколько раз лязгнул затвор пистолета-пулемёта, выплюнув скупую очередь. Девушка настороженно вскинула своё оружие, но тут же расслабилась, завидев успокаивающий жест ближайшей воспитанницы. Противник был уничтожен.

Операция проводилась без подготовки, практически с ходу, но каждая из воспитанниц чётко знала своё место.