Пальцы Лауры стиснули его локоть, она рефлекторно схватилась за отворот куртки, будто что-то ища. Джузеппе не успел ничего сделать, только крепко обнял Лори, готовясь отпрыгнуть с линии атаки громадной гориллы, мчащейся на них со скоростью…

— Разрешите представить — мобильный юнит экозащиты проекта «Wildlife program

— Так-то оно так… — рейнджер неохотно опустил оружие, с опаской глядя на огромную фигуру, замершую в неподвижности в метре от группы. — Господин Ямагучи, нам и вправду нужна это штука?

— Он послушный, — Ямагучи щелкнул ногтем по интерфейсу. — Дай лапу, малыш.

Гигант медленно опустился на корточки и протянул правую лапу Лауре.

— Не унижайте его, — Лори коснулась черных пальцев, каждый из которых был шириной вполовину ее ладони. Она прищурилась, погладила густую черную шерсть, под которой бугрились синто-мышцы, взглянула в глубокие черные глаза, блестящие из-под нависающих надбровных дуг. — Он воин.

Ямагучи молча сиял.

— А что такое сверхвысокая степень пассивной защиты? — поинтересовалась Лаура.

Японец подошел к юниту, извлек из кармана перочинный нож и, размахнувшись, воткнул лезвие в черную ладонь.

— Что вы… — вскрикнула Лори, но тут же осеклась.

Техник рывком выдернул нож.

— Засекайте время, Лаура-сан.

— Уже, — растерянно пробормотала Лори, наблюдая, как порез на глазах затягивается. — Тридцать секунд. Но как?

— У нашего юнита есть не только скелет, но и кровь, — пояснил Ямагучи. — Точнее, взвесь нанитов в полимерной плазме. Это автономная система с распределенным принципом вычислений. Центральный процессор может отдавать указания — что и в какой точке надо модифицировать, но система сама способна восстанавливать элементы конструкции. И видоизменять их. В разумных пределах, конечно.

— Просто поразительно, — Лаура обошла вокруг застывшей на корточках четырехметровой гориллы. — И вы не боитесь сообщать такую информацию?