Тем не менее, этот конкретный заезд уже давно пора было заканчивать.

Вытащив свою дакка-пушку, он сделал несколько быстрых залпов в воздух в шаблонном порядке: два длинных, четыре коротких, один длинный. Звук выстрелов пробьется даже сквозь рычание сверхмощных двигателей, и каждый байк-бой боевой шайки узнает последовательность и поймет, что это означает.

Приказы Ротгрима были прозрачны – пришло время прекратить гонку ради гонки и настала пора начать подводить добычу к развязке.

“Хилтс вызывает Затори, – раздался по воксу голос Ветерана Сержанта. – Твое положение?”

“Келзо убит, сэр”, – четко и отрывисто ответил Затори. “Я все еще жив и еду на восток, – он оглянулся назад и увидел штурмовой байк, как-раз погнавшийся за ним по пятам, – и меня преследует зеленокожий байкер. У меня была стычка с их главарем, но я потерял его из виду”.

“Принято, – затем, после паузы, – думаю, я засек их командира. Здоровый урод в красной сбруе на красном байке. Но я не вижу штандарта клана...”

Резко огибая камень высотой по грудь на своем пути, Затори безуспешно пытался сдержать ухмылку. “Мой промах, сержант. Я его срезал и оставил валяться в пыли”.

Скаут услышал короткий сухой смешок Ветерана Сержанта Хилтса, донесшийся через размещенную в ухе комм-бусину. “Неудивительно, что он выглядит таким недовольным”.

“Я и не ставил перед собой цели снискать его расположение”.

Пуля со глухим стуком отскочила от желто-черного керамита доспехов Затори, когда водитель гнавшегося за ним штурмового байка попытался снять его из своего ствола; выстрел попал в левое плечо. За ним последовал второй, тоже в левую часть тела, но ниже, ближе к талии. Каждый раз он инстинктивно наклонялся вправо, уходя от выстрела.

“Их методы изменились, – сказал по воксу Ветеран Сержант Хилтс после мгновения тишины. – Они больше не пытаются убить нас, а вместо этого используют тактику устрашения”.