Затори мельком заметил сворачивавших к ним справа Скаутов дю Кеста и с’Тонана, которых преследовала троица боевых багги. Стало ясно, что он был прав, и зеленокожие вели их, управляя их продвижением на запад. Оставалось надеяться, что орки гнали их туда, куда Хилтс и предполагал.

Он и сержант теперь ехали бок о бок, виляя туда и сюда, чтобы объехать постоянно возраставшее число каменных выступов и выходов породы, чьи размеры все увеличивались по мере продвижения на восток – самый большой из них уже был выше Затори верхом на его мотоцикле.

У них в кильватере тянулись два байка с зеленокожими, но, когда Затори выкроил возможность оглянуться назад, чтобы посмотреть, как близко те подобрались, один из орков как-раз отделялся, чтобы подстраховать их левый фланг. Только главарь боевой шайки с секирой, лезвию которой пятна крови Келсо придавали тот же оттенок, что и у кожаной одежды и машины, все еще продолжал преследование, быстро сближаясь с ними.

“Затори вызывает Хилтса, – передал Затори по воксу. – Главарь нагоняет”.

Хилтс потратил мгновение, чтобы бросить через плечо взгляд назад, затем развернулся обратно лицом вперед. “Соберись, Затори. Этот может пойти вразнос”.

Горы западного края соляных равнин уже возвышались перед ними.Солнце близилось к зениту, и тени почти исчезли, так что стало труднее замечать на пути более мелкие камни.

Когда они въехали в похожую на лабиринт систему валунов и складок, которая протянулась от подножия гор, Ротгрим осознал, что у него не получится втиснуться между двумя людьми, как он намеревался сделать, и уложить их, нанося удары секирой направо и налево. И, поскольку человек, обесчестивший штандарт, сейчас чуть опережал второго с силовым кулаком, это означало, что Ротгрим должен разобраться с последним до того, как отомстить человеческому ублюдку.