Фонат оборотов нигде не стоит, вообще не спит, никогда не тупит. Для него существует лишь движение.

Ротгрим Скаб знал это лучше, чем кто-либо. С того момента, как спускалки коснулись поверхности этого мира, он и его команда были на ходу. В обязанности Ротгрима, как Ноба боевой шайки фонатов оборотов клана Злых Солнцев, входило распалить байк-боев и поставить их на колеса, выбрать точку на горизонте и выдвинуться к ней, а потом убить каждое живое существо, попавшееся им на пути.

Он несся во главе стаи, мощные ноги обвивали кожух форсированного двигателя боевого байка, чей хриплый рев был единственным звуком в его ушах, вывернутые ноздри забивали выхлоп и пыль. Позади тянулись сверхмощные грузовики и боевые платформы, байки и багги – в целом более чем дюжина машин. Байк-бои клана Злых Солнцев были разряжены в кожу, цепи и доспехи, на ногах – массивные башмаки со стальными мысками, во лбах – металлические штифты, вкрученные прямо в кость. На каждом имелось что-нибудь красное: одежда или пятно, краска или брызги крови.

Как главарь боевой шайки, сам Ноб, Ротгрим был выряжен в алое с ног до головы, в одной руке он держал секиру, на его боку висела кобура с дакка-пушкой. Его тачка была выкрашена в цвет крови от радиатора и до земли, как, собственно, и подобало – как гласила старая орочья присказка, красный заставлял вещи двигаться быстрей. На древке, приделанном за его спиной, висело знамя Злых Солнцев – кроваво-красная орочья морда, ухмылявшаяся из сердцевины взрывавшейся звезды.

С той самой минуты, как они приземлились в этом пересохшем, пыльном мире, боевая шайка Ротгрима совершала разбойничьи налеты, не имея терпения дождаться конца приготовлений, производимых в тоннелях и пещерах под восточными горами. Как-только будет брошен клич, вся масса орочьей армии обрушится на людей, забившихся в свои поселения по всей пустыне, и, когда войско выступит, Злые Солнцы будут впереди всех.