Не сдержав любопытства, я проследил одну из них. Заканчивалась она, вернее, начиналась от огромной друзы кристаллов небесно-голубого цвета, возлежавших на подставке в центре помещения глубоко под зданием академии. Я понял, что это и есть артефакт академии. Самой ошеломляющей новостью было то, что никого живого в помещении не было, а… нити были. Причем, не одна, как у меня, а множество. Стало быть, те кристаллы на полках, один из которых взял хранитель, являются, скорее всего, некой внешней частью сознания — если так можно говорить про камни — артефакта. Вот. Более точно можно выразиться так: камни — дистанционные рецепторы артефакта. Во всяком случае, могут служить аналогом рецепторов живых существ.

Хранитель, между тем, положил кристалл в деревянную коробочку и вынес ее к нам. Эту коробочку он положил в шкатулку, на которую предложил мне возложить руку.

— Таких случаев у нас не было. Процедуры проверки нет и, разумеется, способ ответа артефакта не разработан. Поэтому мое предложение такое: на кристалле шкатулки загорится зеленый огонек, если артефакту личность, возложившая руку, известна. В этом случае, правда, ничего кроме того, что сия персона является или являлась когда-то студентом или преподавателем академии, мы не узнаем. Но есть возможность попытаться напрямую переговорить с артефактом, для этого я тоже возложу свою руку… чуть позже молодого человека.

Мне было очень интересно, и я положил ладонь на крышку шкатулки. Несколько мгновений ничего не происходило, но потом вдруг я увидел, как от кристалла к моей ладони протянулась нить-связь и увлекла за собой часть моего сознания. Я был страшно горд, что не все сознание, а только его часть последовала за нитью. Я по-прежнему стоял в комнате с двумя начальниками канцелярий и хранителем, одновременно осознавая себя в подвале рядом с друзой. Над ней вдруг отчетливо проявился фантом красивой девушки: круглолицей, темноволосой, кареглазой и улыбчивой.

— Здравствуй, полный целитель.