— "Полста первый", ответь "полста второму" — Хриплый из-за статики помех голос приятеля оторвал меня от невесёлых мыслей — Как там обстановка впереди?

С Овчинниковым я знаком был уже давно, Мишка переходил со мной из одной фирмы в другую, как только та закрывалась и вот уже десять лет мы на пару тянем охранную лямку постоянно прикрывая друг друга. Был он моложе меня лет на шесть, пришёл в охрану сразу из армии, надеясь перекантоваться какое-то время, да так и застрял. Смуглый, черноволосый, с жёсткой щёткой усов под курносым носом и весёлыми глазами-маслинами Михась сильно походил на какого-то советского актёра времён перестройки. Говорил приятель быстро выпаливая слова, от чего любая, даже самая серьёзная мысль у него выходила как затравка для весёлого анекдота. Мишка служил где-то на Дальнем Востоке, но про свою службу ничего не рассказывал, говорил, что ходил на военном сторожевике по Амуру и всё. Там же, видимо. Научился ловко биться врукопашную, от чего везде, в какую контору бы мы с ним не попали, получал надбавку за наставничество по части мордобития. Сдружились мы случайно, когда стояли смену на каком-то аптечном складе, куда пытались забраться наркоманы. Михась ловко скрутил одного, но не заметил второго "нарка", целившего ему в спину из какого-то огнестрельного пугача. Тогда я не колеблясь прострелил взломщику башку из своей служебной "мухобойки" — ИЖ 71. Стрелять по конечностям, это всё для отмазки перед ментами: обдолбанный наркоша вполне мог выстрелить, изрешети я его хоть из пулемёта. Ещё по службе в армии помню, как обколотый промидолом сержант-контрактник перестал стрелять только после того, как ему снесло полчерепа осколком близко разорвавшейся мины. Давно это было, но опыт остался, поэтому жив я сам и остался цел Михась.