— Ты хочешь сказать, что отсюда назад, на Большую землю, пути нет?

— Сейчас-то есть. Правда, для большинства только через протокол «А», ситуация «три шестерки»…

— А что это такое, ты можешь мне сказать? — заинтересовался Подбельский.

— Я, Андрюха, все могу, — хмыкнул Скворцов. — Когда кто-то, военный или гражданский, собирается вернуться из АТРИ на Большую землю, возникает эта самая забавная ситуация, которую какой-то шутник нарек числом дьявола. Тогда вступает в действие протокол «А»… Если коротко, выходящему стирают память. Забывает он о существовании АТРИ напрочь. Будто ее и нет.

— Ничего себе! — ошарашенно протянул Подбельский. — А разве такое вмешательство в мозг не опасно?

— Опасно, — согласился Скворцов. — Говорят, каждый пятый после подобной процедуры становится дебилом. Правда, за большие деньги можно выйти из АТРИ и минуя протокол «А». За очень большие деньги. Или имея хорошие связи. Не то что в сталинские времена. Тогда выходящим светило одно — пуля в лоб. А сейчас, Андрюха, вообще многое по-другому… Открою тебе страшную тайну: АТРИ нам больше не принадлежит. На сегодняшний день мы контролируем едва ли не десятую часть территории: тридцатикилометровую зону вокруг Ванавары и еще два урановых рудника. Остальные земли — дикие, и что там творится… только егеря знают. Те старые, социалистических времен, поселения по большей части заброшены. «Октябренок», ЦИРИ, колхозы, фермы превратились в развалины, поросли сорняками. Работают, правда, несколько авторемонтных предприятий возле Ванавары… Хотя теперь их перепрофилировали на техническое обслуживание вертолетов… Кстати, и токарно-механический завод теперь только для вертушек запчасти гонит да колеса для повозок делает. У нас тут, Андрюха, на большие расстояния исключительно на вертолетах передвигаются, а на малые — на рогачах, тягловым способом. Запрягают их в повозки и едут. Медленно, но верно. А железнодорожное сообщение прервано. Вагоны, вон, на рельсах покореженные стоят.