— Боюсь, из этого ничего не выйдет, — покачал головой Эган. — Месяц вы не протянете, а я не могу погрузить вас в Глубокий Сон и снова разбудить, когда мы изготовим клон. Процесс перехода в сон и обратно требует слишком больших затрат энергии.

— Но вы же не пошлете его на задание без соответствующей подготовки!

— Выбора у нас нет. А вы не в том состоянии, чтобы обеспечить эту подготовку.

— Да он не протянет в Пограничье и недели, — пробормотал Найтхаук. Веки его упали, язык начал заплетаться. — Вы убьете нас обоих.

Внезапно он потерял сознание.

Эган поправил простыню, посмотрел на адвоката.

— Вот какой у вас клиент. Что вы о нем думаете?

— Думаю, что предпочел бы не встречаться с ним, когда он был молод и здоров.

— Это плохо. — Повинуясь нажатию кнопки, полупрозрачная крышка наехала на «гроб», закрыв тело. — Потому что через месяц именно такая встреча вам и предстоит.

— Я встречусь с дублем, — возразил Диннисен. — У него не будет навыков Найтхаука, только врожденные способности.

— То есть потенциал, который еще надо реализовать, — уточнил Эган.

— Этого хватит. Иначе как объяснить желание Солио работать именно с моим клиентом, хотя в Пограничье хватает и убийц, и охотников за головами? — Диннисен посмотрел на ящик с телом больного. — К двадцати трем годам Джефферсон Найтхаук убил уже больше тридцати человек. Из пистолета, лазера, сонара, ножом, голыми руками. Равных ему не было. Так что рефлексы у него что надо.

— Рефлексы — это не навыки, — покачал головой Эган. — А если вы ошибаетесь?

— Мы выполнили условия контракта. Разумеется, получить семь миллионов было бы предпочтительнее, но половина лучше, чем ничего.

Эган долго смотрел на контуры тела Найтхаука.

— А вы задумывались над тем, что произойдет, если жизнь подтвердит вашу правоту?

— Простите?

— Если окажется, что клон ни в чем не уступает оригиналу?