— Соус мне понравился, — ответил тот. — Рецепт мне дал один эмранец, на Серебряной Росе.

— Но разве вам не надоедает каждый день есть одно и то же? — полюбопытствовал Киношита.

— Я десятилетиями ел одно и то же, — ответил Найтхаук.

— Это вы о чем?

— О соевых продуктах. Да, вкусом они отличаются, но основа-то одна. — Он помолчал. — Когда все время перелетаешь с планеты на планету, с разными гравитацией и атмосферой, твой организм должен всякий раз приспосабливаться к новым условиям. Поэтому нет смысла создавать ему дополнительные трудности, потребляя местную пищу.

— Вы — осторожный человек.

— Беззаботные молодые люди не доживали до беззаботной старости, во всяком случае, те, кто занимался тем же делом, что и я.

— Вам этого недостает?

— Соевых продуктов?

— Дела, которым вы занимались.

Найтхаук покачал головой:

— Без него мне очень даже хорошо.

— Я этого не понимаю, — пожал плечами Киношита. — Вы же были лучшим из лучших.

— Я в этом сомневаюсь.

— Кого вы ставили выше себя?

Найтхаук задумчиво склонил голову, потом посмотрел на Киношиту:

— Говорили, что никто не может сравниться с Миротворцем Макдугалом и Ангелом. И тот, кто убил Конрада Бленда на Вальпургии III, тоже парень не промах.

— Но ведь они умерли тысячи лет назад! — запротестовал Киношита.

— Когда речь заходит об определении лучшего из лучших, временные рамки значения не имеют. — Найтхаук сухо улыбнулся. — Ты знаешь, был цирковой артист — правда, я не уверен, что это не вымысел, который считался самым метким стрелком всех времен и планет. Не могу вспомнить, как его звали… Певец, Жонглер…

— Биллибак-Танцор?

— Он самый.

— Я видел его памятник на Каргенньяне II. — Киношита улыбнулся. — В птичьем дерьме и граффити, уже начавший разваливаться, но я прочитал его имя на постаменте. И все же я не могу не напомнить тебе, что в него-то никто не стрелял. И еще вопрос, сохранил бы он свою меткость в поединке.