Невысокий мужчина вошел в больничную палату и направился к изножью кровати Найтхаука. Врачи подсоединили к телу старика с полдюжины трубочек. По каким-то поступали лекарства, по другим — питательный раствор, по одной — недавно синтезированный энзим, смертельный для вируса, вызывающего эплазию.

— Кто такой? — пожелал знать Найтхаук.

— Меня зовут Ито Киношита, — представился гость. Найтхаук инстинктивно протянул руку, увидел белые костяшки пальцев, торчащие сквозь сгнившую кожу, убрал руку под легкое одеяло.

— Мне сказали, что я у вас в долгу. Спасибо за то, что вы для меня сделали.

Киношита покачал головой.

— Я счастлив, что все так вышло. Работать с вами — для меня большая честь. Даже если это были не вы, а ваши клоны.

— Вы работали с обоими?

— К сожалению, нет. Первого я только готовил. Сделал все, что мог, но на задание его отправили одного. — Киношита нахмурился. — Я предупреждал, что он еще не готов к самостоятельным действиям, но меня не послушали.

— Его убили в первый же день? — спросил Найтхаук.

— Нет, он был таким же, как вы, в двадцать три года. С вашими способностями, вашими рефлексами. Никто не мог его убить.

— Так что же его подвело?

— Наивность. Невежество. Гормоны. — Киношита пожал плечами. — Выбирайте, что вам больше нравится.

— Не понял, — качнул головой Найтхаук.

— Биологически он выглядел на двадцать три года, эмоционально оставался двухмесячным младенцем. Он обладал вашими навыками, но не вашим опытом. Он не знал, кому можно доверять, а кому — нет, не понял, что женщина использует его, а мужчина обманывает, и это стоило ему жизни. Он протянул дольше, чем я ожидал, достаточно долго, чтобы выполнить задание, но был обречен с того самого дня, как вышел из лаборатории.