– Да сколько угодно. Только не убивай никого, пожалуйста, – с легким сарказмом попросил я.

Вот забавно будет, если это действительно из военкомата.

– Посмотрим, – неопределенно ответил спецназовец и вышел в коридор.

Послышался звук открываемой двери…

Пауза…

Пара коротких фраз…

Пауза…

Хрясь!

– Да ты е!.. – коротко вскричал Белкин, и стало удивительно тихо.

Я не на шутку испугался и выскочил в коридор, не успев даже задаться вопросом – а что же там такое могло случиться?!

– Ой, – коротко сказал я.

Да и что тут еще можно сказать? Белкин лежал на полу с вывернутыми за спину руками, а над ним возвышался мой старый знакомый – капитан милиции Алексей Геннадиевич Лысько.

– Приветствую, – коротко поздоровался капитан. – Это что тут у тебя за детский сад со странной привычкой направлять пистолеты на незнакомых людей?

– А-а, – авторитетно объяснил я, но быстро опомнился. – Это ж мой охранник.

Странно, чего это Белкин напал на человека в форме? Или спецназовец просто пытался не пустить его в квартиру?

– Охранник? – капитан посмотрел на паренька сверху вниз. – Мда, я же говорил, что интерес спецслужб к твоей скромной персоне скоро угаснет.

Белкин сердито засопел, но от комментариев решил воздержаться, как я подозреваю, до тех пор, пока не освободятся руки.

– Проходи что ли, – предложил я. – Чего на пороге-то торчать? Вон, соседи уже нервничают.

Я нагло соврал! Из всех моих соседей постоянно нервничала только Клавдия Степановна. Одна-то одна, но зато за всех! Вон в глазок, небось, вовсю пялится. Милая, милая и добрая старушенция…

Алексей слез со спецназовца и отдал пистолет… мне. На всякий случай, видимо. Я повертел в руках железную игрушку и брезгливо положил на комод. Никогда в жизни не держал в руках огнестрельного оружия, и как-то не стремлюсь, если честно. И кто сказал, что все мужчины любят все эти игрушки?