Завидев это, я прокричал сигнал тревоги, поднимая охранную сотню, и, уже не таясь, устремился на врага. В это же время изнутри юрты раздался короткий вскрик и лязг клинков.
Движением меча указав сотнику на двух противников, которые уже повернулись к нам и изготовились к атаке, я левой ладонью ударил себя по нагрудным металлическим пластинам. Показал на входной полог юрты и не мешкая бросился туда.
Откинув кошму, ворвался внутрь. Моим глазам предстала мерцающая в свете лампад картина. Одновременно радостная — Великий жив! — и страшная… Повелитель с обнажённой саблей стоял в глубине юрты, прижавшись спиной к стенке. Справа перед ним, преграждая собой дорогу, стоял последний выживший телохранитель внутренней ночной стражи. Ещё двое лежали бездыханно у самого входа.
Вбежав, я выкрикнул тайный пароль, и это спасло мне жизнь, остановило в полуметре от моей головы лезвие меча телохранителя, уже летевшее в мою сторону. Воин узнал своего темника! Едва успев сдержать свою разящую руку, он отпрянул… левой рукой указывая вправо от меня. И сразу же отбил удар блеснувшего молнией клинка, метившего скорее в меня, чем в него. Я тут же подсел и, пользуясь моментом, пока меч нападавшего из полутьмы был скован блокирующим ударом, — резко рубанул наотмашь.
Удар достиг цели. Противник повалился с распоротым животом, сжавшись и исторгнув глухой стон. Но его тут же утихомирил добивающий удар телохранителя, пригвоздивший поверженное тело к земле.
Обведя горящим взглядом юрту и не обнаружив других поводов для беспокойства, я жестом велел нукеру оставаться рядом с Великим, и выскочил наружу. Моя помощь приспела вовремя — сотник с трудом отбивался от ещё двух неизвестных воинов. За краткое время, проведённое мною в юрте, его успели ранить в левое бедро и правую руку; он, перехватив меч в левую, хромая, успевая ставить только блоки, отступал теперь назад, теснимый наседавшими врагами.
Подбодрив его криком, я ринулся к ним, заходя с тыла. Но этот маневр не возымел настоящего успеха. На этот раз нам довелось скрестить мечи с поистине незаурядными воинами, которые мгновенно перестроились, защищая спины друг друга. Казалось, судьбы собственных жизней их совершенно не волновали!