— Пять групп! — возбужденно повторил Вадис. — Пять групп! Мы оголим остальные участки работы. Кроме «Марека», у нас действуют еще как минимум две разведывательно-диверсионные команды.

— Я знаю, товарищ генерал, — твердо ответил Самохин. — Но у нас нет другого выхода. Иначе мы рискуем упустить «Марека».

Вадис покосился на Сочнова, но тот пожал плечами, давая понять, что сомнения Самохина поддерживает.

— Если приоритетная задача — «Марек», мы должны сосредоточить на них все усилия, — вставил полковник через минуту. — Москву не интересует, как мы это сделаем, они требуют результат!

Генерал вздохнул, недовольно дернул головой.

— Кого хотите привлечь?

— Прежде всего Гаврилова. Группы Ярцева и Базулева. А также капитана Тихонова из управления контрразведки тринадцатой армии. Хорошо бы попросить армейских коллег дать оперативников для наблюдения.

Вадис кивнул.

— Попросим.

— Саперы, радисты, транспорт — все это есть у нас. А роту и кинологов с собаками надо просить у Серебрякова.

— Хорошо.

— И еще — десятка два станций для перехвата, пеленгации и возможного глушения рабочих частот.

— Это все?

— Пока все. Думаю, этих сил достаточно, чтобы полностью перекрыть все возможные пути подхода «Марека» и взять их. Живьем, с поличным, с работающей станцией.

— Вашими бы устами… — проворчал Вадис. — Когда планируете начать операцию?

— Утром, в шесть часов выставим наблюдение, а засады организуем с девяти.

— И на какой срок?

— Сегодня двадцать второе июня, — глянул на календарь Самохин. — Завтра и послезавтра… до двадцати двух ноль-ноль двадцать четвертого числа.

— И если после этого срока «Марек» не будет обезврежен?… – угрожающим тоном спросил генерал.