– А вы хорошенько представляете себе, что в ходе этой работы можете остаться единственной представительницей иной расы среди людей? Невольная легкая дрожь пробежала по ее ногам, но столь мимолетная, что Глава отделения, она была уверена, ничего не заметил.

– По-моему, я обдумала все, хотя, естественно, никогда нельзя сказать твердо, как отреагируешь на ту или иную непредвиденную ситуацию, пока на самом деле с ней не столкнешься. Я бы не предлагала этого проекта, если бы не чувствовала, что выживу. Это ведь не просто предмет академического интереса, – добавила она многозначительно. – Я частично сформулировала гипотезу, которая меня больше всего и тревожит. Я учреждена, что предлагаемые мною полевые исследования позволят мне со временем сковать мои рефлексы, а хорошо бы и избавиться от них.

– Если это вас так тревожит, то, может быть, лучший выход принять таблетку? – пробормотал Глава отделения.

Она тут же остановилась и требовательно спросила его.

– Так вы порекомендуете, чтобы средства были выделены?

Он замялся, пытаясь скрыть свою личную заинтересованность в ней.

– Вы взваливаете на меня тяжкое бремя.

– Если со мной что-нибудь случится, ответственность будет лежать на мне, а не на ком-то еще. Это просто вопрос исследовательской дотошности. О вине тут и речи быть не может.

– Если бы вам удалось выжить и вернуться хоть с толикой оригинальных материалов, это был бы триумф университета. Как личность я сильно сомневаюсь в состоянии вашего рассудка. Но как профессионал я могу только выразить вам мое крайнее восхищение. – Несколько маленьких перышек на гребне поднялись подобающим образом. – Я проведу ваш запрос и порекомендую, чтобы он был должным образом профинансирован. И, надеюсь, не к величайшему для меня сожалению, сделаю я это не анонимно. – Он плавно перешел на гораздо более личное наречие. – И я определенно буду с нежностью вспоминать о вас, пока вы будете заняты в этом Экстраординарном предприятии.