— Стреляют, — бросил он в микрофон. — Любители… они все еще вне зоны поражения. Ложимся на курс уклонения.

— Ответим на огонь? — раздался из динамика голос молодой Они Уолд, заместителя и самого близкого друга Кейлла в Ударном полку. Голос звучал спокойно, но с ноткой нетерпения. Кейлл улыбнулся.

— Нет, — быстро ответил он. — Мы здесь не для боя. Уклоняясь, мы отойдем достаточно далеко для сверхсветовой. Они потеряют нас. Затем доложим обстановку. — Пощелкав клавишами панели управления, он скорректировал свой курс и добавил: — Я отстану, перейду в арьергард и узнаю, что это за любители-истребители.

Прежде чем кто-либо из группы успел подтвердить, сто сообщение принято, приемник Кейлла зажужжал и заговорил, но не голосами друзей, а скрипучим металлическим голосом дальней связи:

«Срочное сообщение с родной планеты. Сообщение с родной планеты».

Встревоженный Кейлл выпрямился в кресле. Сообщения с Мороса редко приходили легионерам, выполняющим задание, если те сами не выходили на связь, чтобы сделать доклад или срочно вызвать подкрепление.

Приемник, казалось, читал его мысли:

«СРОЧНОЕ СООБЩЕНИЕ всем легионерам! СРОЧНО всем легионерам!

Планета подвергается нападению неизвестных войск. Всем легионерам срочно вернуться на Морос. Повторяю: немедленно вернуться! Приказ Центрального командования крайней срочности».

У Кейлла застыла в жилах кровь. Нападение на Морос? Такого еще не случалось — ни разу за все века. У кого хватит глупости напасть на родину самых высоко ценимых вооруженных сил в Галактике?

Но слова прозвучали и не могли не быть правдой.

— Аварийная готовность! — крикнул он. — Переход к сверхсветовой по моему сигналу!

Рискованно переходить на сверхсветовую в такой близости от гравитационного поля планеты, но выбора не было. «НЕМЕДЛЕННО», — гласил страшный приказ, и Кейлл не собирался опаздывать ни на секунду.