В бумаге не говорилось, с кем будет встреча. Но она была подписана заместителем координатора солтренианского Гражданского Контроля.

— Я не нарушал никаких законов на этой планете, — свирепо заявил Кейл. — Я пробыл здесь всего день… и теперь хочу улететь. Мирно. Ваши люди не имеют права задерживать меня.

— Я получил приказ, — сказал чиновник.

Он многозначительно опустил руку к оружию, висевшему на боку. Еще один игольный пистолет, подумал Кейл.

— Если хотите спорить и говорить о правах, обращайтесь в Гражданский Контроль. Ваш корабль будет опечатан до тех пор, пока они не отменят приказ.

— Обращусь. — Кейл повернулся, затем оглянулся и почти небрежно спросил: — Но ключ-то у вас здесь?

— Вас не касается, где он, — проворчал чиновник, — пока ГК не отменит приказ.

Кейл кивнул и, скрывая довольную усмешку, вышел из кабинета. Перед тем, как чиновник ответил, его глаза зыркнули на закрытый металлический ящик у стены. Чиновник, вероятно, даже не заметил этого движения глаз. Но это все, что было нужно Кейлу.

Выходя из здания космопорта, он мельком взглянул через пустой пластибетон туда, где стоял его корабль. Расстояние значительное, так как главные места стоянок располагались подальше от зданий. Но глаза Кейла различили кое-какие подробности, и то, что он увидел, заставило его резко остановиться и приглядеться повнимательней.

Возле его корабля собрались четверо мужчин, один из них охранник космопорта. Двое других в форме, которую Кейл узнал сразу, несмотря на то, что она была обильно запорошена солтренианской пылью. Форма легионеров.

А четвертый…

На голову выше всех остальных, плотно скроенный. И по пояс голый.

Трое, видно, болтая с охранником, осматривали корабль Кейла. А здоровяк смеялся.

Кейл пробежал три шага по пластибетону, когда его остановил резкий голос: