— Так точно. Вопрос разрешите, товарищ полковник.

— Спрашивай.

— А вы куда? Под трибунал?

— Не под трибунал. А тебе это зачем?

— Если воевать — меня возьмите. — в глазах этого молодого парня светилась смесь отчаяния и тревоги.

— Я и сам не знаю куда я. — махнул рукой. А, действительно, куда? — Иди.

— Есть — солдат приложил руку, четко развернулся и вышел, прикрыв дверь.

— Постой, солдат! — Миненко остановил часового.

Часовой остановился.

— Передай начальнику караула, чтобы наши люди первыми в кабинет этот первыми не входили. Фашистам надо — пусть первыми лезут. Понял?

— Так точно, товарищ полковник.

— Вот и хорошо. Ступай, солдат. — не по-военному отпустил он часового-Тебя как зовут-то?

— Рядовой Сопелев.

— А имя?

— Иван Николаевич.

— Значит тезка. — Миненко внимательно посмотрел на солдата, словно что-то просчитывал в уме. — Иди, рядовой Сопелев Иван Николаевич, иди.

— Есть! — солдат вышел.

Миненко повернулся ко мне.

— Жалко солдата, могут порвать на части.

— Может, с собой взять?

— С собой, а куда?

— Слышь, Иван Николаевич, а действительно куда?

— Куда угодно, только не домой и не к знакомым. В, принципе, есть несколько мест. Можно и по бабам малознакомым. Ты, давай собирайся, я пока машину свою подгоню служебную, да, тоже соберусь. Сбор через десять минут у выхода штаба. Понял?

— Все понял, давай.

— Дурить — стреляться не будешь?

— Нет, мы еще повоюем. Прорвемся!

— И это правильно!

Миненко забрал все документы и вещи, что взял у мертвых американцев. Подхватил винтовку, пистолет, боеприпасы. На выходе обернулся.

— У тебя гранаты есть?

— Гранаты? — не понял я.

— Ну, да. Обычные ручные гранаты. Можно РГД, Но лучше Ф-1.