— Нет, спасибо. Работы много, да, и не время сейчас.

— Ну, ладно, кушайте. Сейчас новости будут, не желаете послушать. Про себя. Некоторые славы дожидаются всю жизнь, да, так и умирают в безвестии.

— Я очень скромный. Начальником штаба служил, а не артистом.

Дед включил телевизор. Заставка НТВ. Федеральный канал. Приветствовали захват страны, мол, только так можно остановить хаос, охвативший страну, и не скатится в тоталитаризм. А вот сейчас — демократия, принесенная на штыках для свободного народа.

Голос диктора почти траурный, как будто кто-то помер из руководства страны.

Ага, вот. Вчера в такой-то в/ч рядом с таким-то областным центром, в результате террористического акта погибло восемь военнослужащих армии США. В подготовке и проведении подозревается полковник Лазарев Николай Владимирович. И показано увеличенное фото из моего личного дела.

— А ты здесь лучше выглядишь. — дед кивнул на экран — Моложе.

— Так пять лет назад фотографировался, как полковника получил, сколько воды утекло.

А с телеэкрана вещали какой я злодей. Вот и съемка пресс-центра американцев с места происшествия. Мой кабинет. Вернее все, что от него осталось. Дверь вынесена ко всем чертям, у притолоки торчат обломки дверного косяка. Стена обуглена. Следы крови на полу и на стенах в коридоре. В кабинете тоже все залито кровью, следы пожара, отверстия от осколков.

— Судя по отверстиям, то они после подрыва первой гранаты вели огонь по твоему кабинету. — дед подошел к экрану и показал на несколько отметин в столе и в стенах. Это из винтаря лупили, а вот это — пулемета, это на пистолет похоже. Задал ты им жару. — Дед откровенно веселился.

Трагический голос ведущей за кадром вещал какие замечательные парни погибли из-за меня гада. По экрану побежали фото погибших. Я внимательно рассматривал. У многих, судя по нашивкам, был большой боевой путь. Ветераны.