Я посмотрел на потолок.

– Я учту твои советы. Хотя сразу скажу, что в принципе не согласен. Глубокий сон обеспечил выживание тзенов в тяжелые и голодные времена в прошлом, но я не думаю, что такое решение подходит нам сейчас. Сыворотка долгожительства практически делает тзенов бессмертными – мы умираем только от ран. На этой планете, где противник подавляет нас своей численностью, разумнее сохранять как можно больше активных бойцов. Это основа нашей тактики. От нас в любую минуту может потребоваться максимальная мощь.

Ахк слушал меня совершенно невозмутимо. У него было свое мнение, у меня – свое. Вопрос, кто из нас прав, не стоял. Отрядом командовал я, и мои приказы обсуждению не подлежали.

– Перечисли, каким располагаешь оружием.

– Боекомплект из двух дюжин пружинных дротиков, плексистальная плеть, пояс с кислотными аэрозолями, пружинный нож и дуэльные палицы.

– Чем ты готов пожертвовать для общего дела?

Ахк помолчал, раздумывая.

– Всем, кроме дуэльных палиц. Разумеется, это не означает, что я согласен остаться совсем без оружия. Я должен что-то оставить себе или получить взамен.

Это было вполне логичным.

– И еще, Ахк. Что ты думаешь о товарищах по отряду?

Он ответил без промедления. По-видимому, подготовился заранее.

– Зур очень эффективный и свирепый боец. Только, по-моему, он слишком любит думать. Я даже порой сомневаюсь, действительно ли он принадлежит сердцем касте Воинов. Он хорошо выполняет свой долг, однако, мне кажется, не получает от этого удовольствия.