— Ратмир, — начал Костя, — тут такое дело. Сан Саныч звонил, и попросил, ну, типа по дружбе, приглядеть ему хорошее местечко под феод. Сам понимаешь, чтоб река рядом, поля, лес, и главное, чтобы от Врат недалеко, а ко всему прочему, никаких болот поблизости, у Сан Саныча на них аллергия.

Росс широко улыбнулся и ответил:

— Сделаю в лучшем виде, уж в этом я кое-что понимаю.

— Ну, тогда удачи!

Ратмир запрыгнул в вертушку, и по УКВ скомандовал:

— Все на борту. Взлет! — Конечно, можно было просто просунуть голову в кабину и сказать это лично, но и связь проверить тоже надо.

Модернизированный до неузнаваемости Ми-24, раскрутил лопасти винтов и, мягко оторвавшись от земли, направился на северо-восток. Бойцы прилипли к бортовым иллюминаторам, а Ратмир, пользуясь положением старшего, уселся за "Печенег", выставивший свой черный рубчатый ствол в открытую дверь.

Прошло пять минут полета, десять, двадцать, а пейзаж все не изменялся, тот же темный лес запорошенный снегом и поросшие низкорослым кустарником небольшие поляны.

— Ратмир, — вызвал его летчик. — Пятьдесят километров уже проскочили. Курс меняем?

— Нет, давай дальше. Там что-то будет.

— Опять колдунство?

— Нет, чутье.

— Хм, понял, курс не меняем, — ответил летун.

Через пятнадцать минут один из бойцов сидящих по правому борту, подошел к Ратмиру, и похлопав комбата по плечу, сказал:

— Командир, справа мелькнуло что-то, хаты вроде как, да и дымок был.

Ратмир кивнул головой, мол, понял тебя, и вызвал летчиков:

— Справа, две минуты назад, что-то видели?

— Нет, все то же самое.

— Разворачиваемся обратно, и вправо немного забирайте.

Вертушка накренилась, развернулась, и через несколько минут раздался голос летчика:

— Точно, видим деревеньку дворов в пятнадцать, поля, дымы.