Сашка хмыкнул:

«Не знаю. У меня всегда одна была».

«Да и та — пустая! — Волк тут же откатился, уходя от шлепка по загривку. — Но я вот о чем: он должен быть ужасно неуклюжим, если его телом руководят пять голов…»

«Вроде — да, — человек задумался. — Хотя мне никто не говорил, что вампалы уж очень неуклюжи…»

«Интере-е-есно, — Вауыгрр цапнул пастью снежинку. — Представь себе: ты собираешься ударить его справа, и это заметила правая голова. Я собираюсь куснуть его слева, и это заметила левая голова. А средняя голова решила в этот момент идти вперед. И куда туловище двинется?»

Сашка молчал, соображая. Получалось, что при одновременной атаке с разных сторон вампал вообще останется неподвижным. Но тогда… Нет, не может такого быть!..

«Знаешь, завтра разберемся, куда он там двинется…»

…Тень поднял нас в два часа пополуночи. Вауыгрр тут же ушел вперед, на разведку, а мы в последний раз подогнали снаряжение, проверили оружие и только после этого осторожно двинулись вслед за волком Чистой Крови.

Оправдывая свое прозвище, Тень двигался совершенно бесшумно, иногда словно растворяясь в предрассветной тьме, которая в горах кажется еще темнее, чем сама ночь. Я шел следом, держа наготове меч и мешочек с нядангода. Именно этот арсенал порекомендовал мне товарищ генерал-майор для начала боя…

Откуда-то спереди прилетела мысль Вауыгрра:

«Часовой. Был. Идите спокойно».

Примерно через четверть часа мы миновали то место, где черным камнем лежал в снегу часовой боевиков. Человек почти никогда не может услышать волка, подбирающегося сзади…

Тень приостановился и махнул рукой вправо. Все ясно. Мне дорога направо, а ему — налево. Ну, пошли…

Следующего часового пришлось слепить самому. Вауыгрр просто передал мне место, где он сидит, прячась от метели. Зря ты надумал сидеть в карауле, нохчи. Неужели тебе не говорили, чем это чревато?..