— Знаешь его имя?

— А как же! — кореллианин ткнул пальцем в иллюминатор. — Узнал ИД корабля. А насколько я слышал в последний ряз, «Гончая» принадлежит Босску с Трандо-ши.

— Поправка, — почти весело хмыкнул Фетт. — Принадлежал.

— Собираешься его взорвать? — Денгар скривился и медленно покачал головой. — Не самая гениальная из твоих идей. Я несколько раз имел дело с Босском, гадкий парень.

— И без слов ясно, — вставила Ниелах.

Пока Денгар пыхтел и обливался потом под тяжестью модуля, а потом колдовал над панелью дистанционного управления, девчонка не высовывала носа из рубки «Раба-1». Камера наблюдения мельком показала ей Бое-ска, удиравшего от призрака своего давнего и считающегося покойным врага, который неожиданно материализовался на борту «Гончей». Ниелах понравилось наблюдать за паникой трандошана. И чешуйчатую клыкастую морду она тоже узнала, так как видела Босска при дворе Джаббы Хатта. Даже в толпе, что обычно толклась там, трандошан считался подлым и нечистым на руку. Каждый раз, встречая его, Ниелах чувствовала тошноту. Ящер жадно поглядывал на танцовщиц, но с чисто гастрономическим интересом. В его глазах светилась мысль о свежей крови и хрустящих ломающихся костях.

— Я знаком с Босском, — равнодушно заметил Фетт. — Его мести я не боюсь.

— Рад за тебя, — проворчал кореллианин. — Может, ты с ним и справишься. Но меня, знаешь ли, беспокоит, что случится, когда Босск заявится по мою душу. Этот барв славится вовсе не забывчивостью и всепрощением. Он просыпается и открывает глаза с желанием и готовностью обезглавливать и потрошить всех, кто попадется под руку.

— Я с ним справлюсь, — в сиплом негромком голосе Бобы Фетта наконец-то проявилось нечто отдаленно напоминающее раздражение. — Раньше справлялся. Пока ты со мной… пока мы соблюдаем соглашение, тебе бояться нечего.

По выражению на обветренном покрасневшем лице Денгара сложно было сказать, что тревоги и заботы кореллианина вмиг улетучились.