Теперь-то события легко укладывались в логичную и стройную цепочку. Теперь, но не тогда.

— А я все равно не понимаю, — упрямо гнула свое Ниелах. — Почему ты не убил… этого Босска или как там его зовут? Зачем напугал до смерти и отпустил?

Фетт продолжал знакомиться с системами управления корабля.

— Вся Галактика считает меня мертвым, — загадочно пояснил он будничным голосом, что-то обдумал и внес поправку. — Та часть Галактики, которой есть дело до охотников за головами.

— Что верно, то верно, — поддакнул Денгар. — Когда я ходил в Мос Айсли, в порту судачили лишь о том, как ты загулял к сарлакку на обед.

— Мне нравится, — сказал Боба Фетт, не забывая вводить данные в навигационный компьютер. — Иногда полезно быть мертвым. Когда думают: ты мертв.

— Веская причина, чтобы устраивать день открытых клеток для трандошанов! — едко фыркнула Ниелах. — Босск видел, что ты бодр, жив и свеж, если, конечно, соизволишь принять душ! А ты его отпускаешь! Ну и как поживает твоя шарада? Только что испустила дух? Как только Босск окажется в Мос Айсли, то примется звонить на весь Татуин. Он расскажет всем, кто согласится послушать.

— Нет. Боба один-единственный раз качнул шлемом,

— Ты не знаешь трандошанов. Психология. Они эгоисты, хуже хаттов. Но хатты умнее, — справедливости ради добавил охотник. — Хотя Босску мозгов хватит, сообразит, что к чему. Ему выгодна моя смерть. Меня нет, все считают его лучшим из лучших. Веская причина молчать. Добыча — его, деньги — тоже. А в чужом кармане я кредиток не считаю.

Врешь, неприязненно подумала Ниелах, но вслух ничего не сказала, следом за трандошаном Босском придя к выводу, что порой выгоднее молчать.