Она не ошиблась. Боба Фетт даже соизволил оторвать от пульта одну руку и указать в сторону переборки. Последовала довольно длинная немая сиена.

— «Раб-1» — доказательство моей жизни, — в конце концов пояснил Боба. — Когда я на борту. Пустой корабль не доказывает ничего. А его найдут пустым и в дрейфе. Сделают вывод. «Раб-1» подтвердит слухи. Как я мог его бросить? Все поверят и скажут: я мертв.

Ниелах нетерпеливо кивнула.

— Ты научился разгуливать пешком по вакууму?

— Там, — Фет еше раз указал на переборку, — второй пустой корабль. Какое удачное совпадение.

В иллюминаторе, подтверждая его слова, показалась «Гончая».

— Не такой удобный, хуже моего, — с сожалением констатировал Боба Фетт. — Но сойдет. На плохом корабле Босск долго не продержался бы.

Если судить по движению головы, он проводил взглядом дрейфующую «Гончую».

— Немного переделаем, станет совсем хорошо, — вынес охотник окончательное решение. — Введем новые ИД, никто не признает, не спросит что «Гончая» делает здесь, а хозяин на Татуине?

— Ладно-ладно, это мы уже поняли. А к чему такая секретность?

Ниелах все еще хмурилась; ко всем тайнам и загадкам добавилась еше одна.

— Во-во! — поддержал девчонку кореллианин. — У тебя такая репутация, что и трудиться-то не приходится. Народ сам задирает лапки, только услышав, что ты в деле. Если ты все это бросишь, откажешься от имени… тебе все придется начинать с нуля. И все будет гораздо сложнее.

Боба Фетт развернул пилотское кресло от пульта к спорщикам; серо-зеленый мандалорский шлем с узким визором обратился сначала к одному, затем к другому.

— Считайте себя везунчиками, — медленно произнес охотник, тщательно выговаривая слова. — Я вам все разжевал. У меня нет привычки объясняться или оправдываться. Пойми меня правильно, Денгар. Я не работаю с напарником, мне нужно привыкнуть. Что до тебя…