Машина скатилась еще на десять—двенадцать метров по обледеневшей скользкой дороге, идущей под гору, и ее начало заносить на обочину. Бреннер нажал на тормоз. На протяжении следующих пяти или шести метров спуск довольно пологий, и это расстояние можно было бы преодолеть на машине, но риск свалиться в кювет с обледеневшей обочины представлялся Бреннеру слишком большим, и он предпочел остановить свой “мицубиси” здесь. Эти пять—шесть лишних метров, которые придется теперь пройти пешком, ужасно злили его, хотя он убеждал себя в том, что все равно предстоит долгий пеший переход в пять или шесть километров — и это в лучшем случае. Если не повезет, то его прогулка может растянуться на все десять километров. И это в сильный снегопад, на холодном ветру, в летних туфлях, брюках и легкой куртке. Бреннер с тоской думал о теплом пальто и перчатках, забытых им в гостиничном номере во Франкфурте. Собственно говоря, он вовсе не забыл их, а оставил лежать в своей комнате совершенно сознательно. Однако уже по дороге в подземный гараж он вспомнил о том, что в последние дни сильно похолодало и, казалось, вернулась зима, но главной чертой его характера была неимоверная лень — в этом-то все и дело! Он просто поленился еще раз подняться в лифте в свой номер за теплой одеждой. В конце концов, решил он, в его машине прекрасно работает отопительное устройство. Хотя, с другой стороны, бензобак его “мицубиси” был почти пустым… Одним словом, Бреннер, которому предстояло проехать всего лишь сто километров, положился на Бога и свою кредитную карточку, действующую в странах Евросообщества, и в шесть часов утра отправился в путь.