Стараясь не задумываться над тем, что он делает, Бреннер опустил левую ногу на землю — вернее, прямо в лужу ледяной воды, у которой, как нарочно, остановилась его машина. Вода тут же хлынула в полуботинок, она была такой обжигающе-холодной, что Бреннеру стало больно. Бреннер еще сильнее сжал зубы, преодолевая сильнейшее искушение отдернуть ногу и снова сесть в машину. Вместо этого он попытался найти для правой ноги место посуше. Изогнувшись в смешной позе, он выбрался из машины и заковылял к багажнику.

Как этого и следовало ожидать, запасной канистры — подобно пальто, перчаткам и бумажнику — тоже не было в наличии. Прекрасно. По крайней мере, ему не придется тащить эту штуковину до автозаправки.

Астрид тоже вышла из машины и теперь рылась в своем рюкзаке, сшитом из джинсовой ткани, поставив его на крыло автомобиля. Бреннер еле удержался от того, чтобы сказать своей попутчице, что металлические застежки ее рюкзака могут поцарапать лак на его машине. Вместо этого он закрыл все дверцы и запер машину. Астрид следила за ним боковым зрением, пряча усмешку, а затем достала из рюкзака что-то серое и бесформенное.

— Неужели ты боишься, что кто-нибудь придет сюда с канистрой бензина и угонит твою машину? — спросила она.

— У меня в машине хороший радиоприемник, — проворчал Бреннер и спросил: — Что ты делаешь?

Бесформенная серая масса оказалась шерстяным вязаным пуловером, в котором Астрид могла утонуть, как в большой ночной рубашке, и который самому Бреннеру — если судить на глазок, — был велик размеров на восемь. Астрид рывком вытащила наконец весь объемистый свитер из рюкзака, и при этом из него на капот и прямо в снег посыпалось все содержимое. Теперь уже Бреннер не сомневался в том, что лак на его машине будет поцарапан.

— На вот. Надень это, — сказала девушка и начала собирать в рюкзак рассыпавшиеся предметы.

Бреннер заколебался. Очень уж безобразно выглядел этот пуловер, но, с другой стороны, ресурсы тепла его собственного организма были уже исчерпаны. Стоя перед выбором: надеть ли этот нелепый свитер и стать посмешищем в глазах окружающих, или получить воспаление легких, Бреннер остановился на первом, решив, что переживет как-нибудь возможные насмешки.