- Ну ладно! Я согласен, - и они ударили по рукам.

Зевс, плутовски усмехаясь, сунул два пальца в рот и оглушительно свистнул, поразив этим Ерофея даже больше, чем склонностью к стихам или умением метать молнии.

Тут же появился ниоткуда недовольный Гермес в своей экзотической одежде - с листком вместо плавок - видимо, его оторвали от весьма важного дела. Однако Гермес отлично знал повадки своего папаши, тут же изобразил почтительную подобострастную улыбку. Ерофею даже подумалось, что бог-курьер сейчас шаркнет босой ногой по полу и спросит: «Чего изволите-с?» Но Гермес молча ждал, что скажет родитель. А тот сказал следующее, от чего усталый Ерофей заулыбался:

- Гермес, отведи Ерофея в опочивальню. Всем - на покой.

Гермес молча взял за руку Ерофея, и они мгновенно очутились в просторной высокой комнате с мраморной, как и везде во дворце, мебелью. В центре комнаты стояла огромная кровать, на которой могли бы уместиться десяток Ерофеев.

- Эге! Здорово, а? - Ерофей оглянулся на Гермеса, но того и след простыл.

Ерофей рухнул на постель: «Жестковато, - и тут же его пронзило. - Да ведь я в скверную авантюру ввязался! Мне того быка нипочем не одолеть! - однако русская привычка надеяться на авось родила надежду. - Ладно. Утро вечера мудренее, там что-нибудь придумаем».

Долгое время Ерофей ворочался в центре постельного аэродрома, пытаясь заснуть. Чадили безобразно светильники. В огромное, на всю стену, окно даже сквозь плотные шторы просачивался немеркнущий свет.

- Ну, прям белые ночи в Питере, - пробурчал, поднимаясь с ложа, Ерофей.

Он вышел из комнаты, сетуя на свою недогадливость, что не спросил, где в этом обширном дворце туалет. А выпитый нектар, между тем, требовал выхода. Ерофей долго блуждал по залам и анфиладам. Не найдя нужного помещения наконец выбрался в сад. Там, как ему ни было стыдно, под развесистым ореховым деревом он выпустил съеденное и выпитое наружу.