- Ну что, по-твоему, я голяком среди бела дня должен по улицам ходить? -засмеялся весело Гермес, показав отличные зубы. - Ты хоть когда-нибудь греческие мифы читал, неужто не знаешь, кто такой Зевс, и что я, то есть Гермес, посланец богов?

Тут уж рассмеялся Ерофей:

- Сам-то я не очень про тебя и твою братию интересуюсь, а вот сестра Елизавета любит Аттику. Так она говорила, что Гермес - большая шельма.

- Что есть - «шельма»? - озадачился пришелец.

- А это есть - большой прохиндей, проныра, плут да и вор к тому же. Ну, хватит с тебя определений?

Гермес обидчиво надулся:

- Ну, сразу и шельма, сразу и вор… Подумаешь, утащил однажды у Посейдона трезубец, у Ареса - меч, у Аполлона - его золотые стрелы… Так ведь шутя. И вернул же потом всё!

- Ну-ну, - хрюкнул Ерофей весело. - А ещё честного из себя строишь. Вспомни, может, ещё что-нибудь у кого спёр, а?

- Подумаешь, у Аполлона его коров как-то угнал! - загорячился Гермес. И тут же победно вскинулся. - Зато потом он всё равно этих коров мне подарил, потому что я пленил его слух божественной игрой на лире.

- Вот-вот. Ты к тому же и порядочный хвастун, - поддразнил Ерофей.

- Да не хвастун! - закипятился Гермес. - Я вообще-то малый не плохой, но натура у меня такая озорная, скучно мне без проказ. Но если хочешь знать, то меня в древней Греции чтил и путник, и оратор, и купец, и атлет, и даже… вор! - завершил он свою речь.

И засмеялся опять, потому что в запале последним словом признал, что, действительно - большой плут.

- Однако, - Гермес назидательно поднял указательный перст, - я и умён. Заметь, никому до меня не пришло в голову к ногам украденных коров привязать ветки и тем замести следы. Аполлон их никогда бы не отыскал, если бы я сам не признался.