Разгневанный Посейдон, кстати, дядя мой, мужик, я тебе скажу - крутой, серьёзный, взял да и наслал на того быка бешенство, чтобы, значит, ни себе, ни людям. Ну, как у вас говорят - собака на сене: сам не ам и другим не дам. И бык тот разнёс пол-острова. А великий герой Геракл, между прочим, брат мой, - загордился Гермес, -поймал быка и укротил его, потом отвёл царю Эврисфею. Насчёт Эврисфея потом расскажу, знаешь, он такой слизняк - представляешь! - и ему обязан был служить брат мой блистательный и любимый - Геракл, величайший из героев Эллады! - теперь в голосе Гермеса было возмущение.

- Ну, так чему ты обрадовался? - хихикнул, уже не сдерживаясь, Ерофей. - Сравнению с критским быком? Он ведь бешеный!

- Балда, - назвал добродушно Гермес Ерофея его же любимым ругательством. - Не потому, что бешеный, а потому что - могучий. - И подмигнул приятелю. - А ещё, кажется, я понял другое значение этого слова, что вертится на твоём зловредном языке в сочетании с бугаем - «производитель».

Ерофей весело хрюкнул и отвернулся, чтобы Гермес не увидел чертенят в его глазах.

Зевс оказался кряжистым, подвижным старцем лет семидесяти (по крайней мере, он так выглядел) с белоснежной бородой, вившейся кольцами на груди. Крепко пожав руку Ерофею, он без всяких церемоний повел гостя к столу и приказал принести дополнительные подушки для славного героя Ерофея, чтобы удобно ему было возлежать возле стола. Ерофей несколько удивился такому способу обедать - лежа, но промолчал, помня, что в чужой монастырь со своим уставом не суются.

Могучий громовержец самолично познакомил гостя со своей надменной, однако и впрямь красивой, женой Герой и остальными, кто находился в зале пиршеств и вольготно возлежал за столами, которые ломились от снеди. Зевс устроил Ерофея и Гермеса рядом с собой, а остальных - Геру, Ареса и Гебу, - составлявших ему компанию, отогнал прочь.

- Вот ты каков, герой-варвар! - произнёс гулким и звучным голосом громовержец то ли удивляясь, то ли радуясь, что Ерофей именно такой.