«Черт! - подумал Ерофей. - Это надо же так упиться, что мужики голые кажутся. Нет, чтобы девчонки пофигуристей, глядишь, хоть пощупал бы…» Впрочем, Ерофей такой «развратный» был только в мыслях, а с девушкой своей Изольдой даже и не поцеловался по-настоящему ни разу, не говоря уж об ином.

- Вы ошибаться, приятель, - вдруг сказал пришелец приятным баритоном с заметным иностранным акцентом. - Я вы не казаться, я самый дело существовать.

Ерофей резко затряс головой и перекрестился: «Чур меня, чур! Уж и слуховые галлюцинации начались! Мамочка моя, так и в психушку недолго попасть!»

- Что есть - «психушка»? - осведомился незнакомец. - Я направляться вы, а не психушка.

Ерофей оторвал руки от глаз и в ужасе, однако с надеждой, воззрился на порог. Может, пропадёт этот ночной кошмар, и всё будет в порядке? Но голый парень, ухмыляясь, набренькивал на лире, которую держал в руках (Ерофей вспомнил, как назывался странный музыкальный инструмент), какой-то весёленький мотивчик, похожий на «Эйс оф бэйс», и, видимо, никуда не собирался исчезать. Ухмылялся он, впрочем, вполне доброжелательно.

- Да настоящий я, настоящий! - улыбнулся парень широко. - Можешь меня даже потрогать, - парень явно не страдал комплексом стеснительности. Он вновь звякнул струнами, картинно взметнул руку над головой и торжественно произнес. - О, великий победитель Смерти и помощника её - Дэта-Сатаны! Я - быстрый, как мысль, самый хитрый из богов, приветствую тебя!

- Хо! - пришёл в себя окончательно Ерофей. - Я вижу: от скромности ты не помрёшь.

Незнакомец презрительно и высокомерно скривил красивые губы:

- Мне это не грозит. Я - бессмертный! Слушай, впусти же меня в дом! Я совсем… как это? - он отыскал в памяти нужное слово и радостно воскликнул. - А! Задубарел! - и тут же изумил Ерофея следующей фразой, которая была ответом на его испуганную мысль. - Да ладно тебе, не грабитель я, очень надо каким-то там наводчиком быть.