— Это все предусмотрительность! — объясняю я.

— Что «предусмотрительность»? — не сразу врубается парень.

— Ну ты спросил, почему я тебя в таком странном виде ждал. Потому что предусмотрительный! В целях конспирации! А то представь: стоит на развилке богатырь, рядом конь богатырский, взглядом богатырским земли обозревает, меч богатырский за поясом висит — увидят такое люди, что подумают? Неспроста все это, решат, раструбят кому надо и не надо: «Богатырь кого-то ждал». А потом, коли нас вместе увидят, слухи пойдут нехорошие: мол, договорились принц с Тиналисом-богатырем встретиться… А мы ведь, богатыри, свои подвиги заранее не планируем, кто помощи попросит — для того головы и рубим, мы и слова-то такие — «предусмотрительность» и «конспирация» — не знаем, длинные они, сложные, не влезают в наши головы богатырские! А так шел старик, утомился, лег поспать у камушка, плащом накрылся, внимания никто не обратит, слова не скажет…

— Принюхается, подумает: «Пьянь подзаборная», — продолжил парень. — Я примерно так и думал, только не сообразил сразу, а теперь да, все ясно…

А осмелел! Наглеет не по дням, а по часам. Сначала своей кобылой разбудил, нет чтоб цивилизованно, как все люди, воды вылить за шиворот, теперь еще и намекает, что я выпить люблю… Люблю! Но только в нерабочее время! У нас, богатырей, все строго — идешь на дело, чтоб ни капли в рот! Особенно если принцессу спасать. Логово циклопов в любом виде крушить можно, а принцессы, они натуры чувствительные, не дай бог почуют, что от героя перегаром несет, — весь подвиг насмарку!